среда, 16 сентября 2020 г.

 http://inkaraganda.kz/articles/158801


Арестованные письма



Загрузка файла (загружено байтов: 242645 из 242645)…






Зачем в 1903 году в доме Абая Кунанбаева был проведен обыск? Архивные данные... У них интересное, причудливое свойство не попадаться сразу на глаза. Они являются не только свидетелями далекого загадочного прошлого. Через годы и даже через века они доставляют иное чувство глубокого удовлетворения, представив перед твоим взором в ярких и сочных красках бесценные факты. Ознакомившись с короткими, но очень содержательными строчками, получаешь богатую информацию о разнообразии и величии прошлого, чувствуешь себя так, словно ты открыл потайной ларец, содержащий несметное богатство, или встретил незнакомого тебе человека, с которым жаждал встретиться всю жизнь.

 

Труды великих казахских просветителей-демократов Чокана Валиханова, Ибрая Алтынсарина, Абая Кунанбаева, их демократические взгляды, изложенные в бесценных документах, мы по сей день находим в архивных кладовых. Они дают возможность изучить и обобщить данные о творчестве и жизни Абая.

«Изучение биографии Абая, описание его жизни не закончено. Особое внимание нужно обратить последующим исследователям на сохранившиеся документы на русском языке. Одно ясно, что человек, прочитав биографию Абая, узнает о его многочисленных встречах с сотрудниками в учреждениях, о его царственном величии. Начальник крестьянина, уездный начальник, генерал, окружной судья. В архивах Омского корпуса (генерал-губернатора), во многих учреждениях можно найти еще много интересных новых материалов об Абае», - сказал в свое время Мухтар Ауэзов.

Одно из наиболее важных - прибытие в аул поэта за год до его смерти вооруженного отряда во главе с начальником Семипалатинского уезда. Взяв аул в оцепление, они провели обыск в доме Кунанбаева, а после обыскали и его самого. Об этом неприятном событии, ставшем легендой в роду тобыкты, по воспоминаниям современников Абая впервые напечатал в 1940 году М. Ауэзов. Писатель четыре раза переделывал его биографию, пополняя каждый вариант новыми сведениями. Особое место получил второй вариант. Дополнив ценными сведениями о жизни поэта второй том, М. Ауэзов указал, что это «рассказы об Абае, которые вели Мадияр, Катпа, Архам». В одном месте есть упоминание о связи поэта с противниками царской власти. В поисках письма, написанного Абаю неизвестным человеком, и был проведен в 1902 году обыск. В конечном итоге это письмо достала из своего кармана его жена Еркежан и отдала уездному начальнику. Однако в воспоминаниях нет упоминаний о его содержании и дальнейших событиях.

Эта оплошность в 1950 году была дополнена нужными сведениями, полученными сотрудником Центрального Государственного архива Казахской ССР В. Киреевым. На основе архивных документов об этой неожиданной трудности в жизни поэта была написана первоначальная обстоятельная статья. (Альманах «Казахстан», 1950, № 12).

Основываясь на этом деле объемом в 300 листов, можно убедиться, что в начале XX века царское правительство смело вводило новые порядки в управление казахским краем. Это распространялось также на духовные учреждения и школы. В те годы закрывались мечети в Акмолинской, Петропавловской, Кокчетавской, Павлодарской областях, муллам запрещалось проводить службу по законам мусульманства. Такие действия вызывали недовольство среди народа, и в Омск и Петербург шли письма с протестами и жалобами. Министерство внутренних дел, губернаторы, уездные и крестьянские начальники с тревогой смотрели на проявление народом недовольства. Противников нововведений выявляли, жестоко наказывали.

Если полагаться на архивные документы, то обыск в доме поэта действительно проводился весной 1903 года. Старейшины рода тобыкты в своих рассказах М. Ауэзову ошиблись лишь на год. Этому тревожному и неординарному событию положила начало телеграмма военного губернатора Акмолинской области Семипалатинскому областному губернатору от 8 апреля 1903 года. «У Косшыгулова нашлись почтовые квитанции. Он 6 июня 1902 года отправил письма Садвакасу Шорманову в Батовске и Кеншинову в Зайсане, 7 марта 1903 года Кунанбаеву в Семипалатинске. Надо провести обыск. Романов, генерал-губернатор Акмолинской области», - говорится в ней.

Кто такой Косшыгулов, который писал письма в разные инстанции и растревожил полицию? Существовало ли письмо Абаю на самом деле? Если да, то о чем оно? Чем закончилось это волнение? Да, о содержании этих документов, пролежавших более века в недрах архива, в течение пятидесяти лет иногда писали исследователи жизни Абая, некоторые историки. И накануне празднования 175-летия поэта мы решили еще раз предоставить широкому кругу читателей эти документы.

Как стало понятно, отправитель письма, учитель интерната при Кокчетавской мечети Шаймерден Косшыгулов, обратился к Абаю в это трудное время, считая его главой народа. Таким образом, петля царских ищеек накинулась на шею муллы. Полиция нашла у воспитанников интерната сотни книжек на арабском языке, напечатанных на гектографе. Кроме того, в кармане Косшыгулова был обнаружен чек на письмо, отправленное Абаю в Семипалатинскую губернию. Чтобы узнать содержание этого письма, полиция приступает к активным действиям. В связи с этим муллу Кокчетавской мечети Наурызбая Таласова и его помощника Косшыгулова взяли под стражу, было возбуждено уголовное дело. То, что имя поэта попало в списки полиции и был проведен обыск, являлось следствием данного уголовного дела.

Н. Таласов, Ш. Косшыгулов и другие бии, муллы были против колонизаторской политики России. Они намеревались создать независимую религиозную организацию, которая охватывала бы все свободолюбивое, демократическое казахское общество и подчинялась муфтию. Свои надежды они возлагали на Абая Кунанбаева как на одного из уважаемых представителей казахского общества.

Царское правительство создало экстренную систему слежки из самого Петербурга до аула Абая и, в конце концов, как уже говорилось выше, в апреле 1903 года вооруженная группа под руководством начальника Семипалатинского уезда окружила аул поэта, допросила самого Абая и его детей. Здесь приводится позорное постановление, написанное в доме Абая (Ибрагима) Кунанбаева: «23 апреля 1903 года. Я, начальник Семипалатинского уезда Навроцкий, с целью выполнения задания военного губернатора Семипалатинской области № 111 от 18 апреля 1903 года прибыл в Чингизскую волость в аул киргиза Ибрагима Кунанбаева. Согласно вышеуказанному заданию господина губернатора тщательно провел обыск зимовья и дома Кунанбаева.

В тот момент дома находились дети Кунанбаева - Магауия и Турагул, у них были арестованы найденные все письма, которые на глазах таких свидетелей, как волостной Чингизской волости Рыздыкбай Кудайбердин и делопроизводитель уездного управления Оспанов, были положены в специальную коробку и закреплены печатью управления Семипалатинского уезда и Чингизской волости, затем коробку с этими бумагами решил передать господину военному генерал-губернатору.

Во время обыска Ибрагима Кунанбаева на мой вопрос: «Не получал ли ты какого-либо письма из Кокчетава?» Кунанбаев ответил так: «Этой зимой, два месяца назад, получил от неизвестного человека заказное письмо. Ответ просил написать на имя Заита Баширова. Неизвестный человек в письме просит помочь почетного казаха Семипалатинской области Кунанбаева оказать содействие перед правительственными органами в организации духовного собрания мусульман казахов».

Когда я приказал дать мне это письмо, Кунанбаев сказал, что два дня назад отдал его сыну Турагулу. Я спросил стоявшего тут сына, где то письмо, на что он сказал, что вручил его волостному Чингизской волости Рыздыкбаю. При обыске это письмо было найдено у последнего в кармане бешмета.

Это письмо было положено в коробку вместе со всеми найденными во время обыска Кунанбаева вещами. Во время допроса сына Ибрагима Кунанбаева Турагула тот ответил, что ни он, ни отец не придали письму значения, и отдал полученное от отца письмо Чингизскому волостному не с какой-либо целью, а для закручивания сигареты. У Ибрагима Кунанбаева не сохранился конверт письма. Выше названное я постановил записать в этом акте. Попросил всех участников подписать этот акт, прочитав его присутствующим, и при них же были опечатаны все найденные во время обыска Кунанбаева вещи.

Начальник Семипалатинского уезда Навроцкий

Ибрагим Кунанбаев

Магауия Кунанбаев

Турагул Кунанбаев

Волостной Рыздыкбай Кудайбердин (все подписи имеются)».

А содержание письма, отправленного из Кокчетава, было следующим: «Бог всемогущ! Высокостепеннейшему, высоко уважаемому всеми Ибрагиму мурзе! Пишу к вам как уполномоченный доверием от всех почтенных людей всех 5 уездов Акмолинской области.

Положение дел о нуждах здешнего киргизского народа станет известно после 15 мая, так как собранный скот предложено продать.

От Вас, народного руководителя, никакого сведения не получили, между тем посылают нам вести те, кто находится далеко, чем Вы. Ожидаем, какое состоится совещание в Семиреченской области, также ожидаем сведения о времени Семипалатинской ярмарки, когда распродаются кожи. Время, впрочем, не прежнее. Ярмарки для киргизов не приносят пользы, впрочем, Вы это знаете лучше всех. Была жизнь, прошла. Время смерти наступает.

Надо бы обсудить, поразмыслить о многом. Но к обсуждению вопросов по нуждам киргизов поставляют препятствия. Письмо посылайте как обычно, адресуя в город Кокчетав, в киргизскую школу. Так мы и получим. Я человек убогий. Хочется написать больше. Но пока ограничусь этим.

6 марта 1903 года».

 Подлинник послания, написанный арабским алфавитом, не найден ни в одном архивном учреждении Казахстана. Есть надежда, что все-таки он найдется. При тщательном изучении дела становится понятно, что на имя Абая из Кокчетава неизвестный отправлял два письма. Второе, согласно чеку, найденному у арестованного Косшыгулова, ушло 7 марта и еще не попало в руки Абаю. Оно лежало в конторе почты-телеграфа села Архат. Его вручили поэту через месяц, 29 мая, во время встречи с уездным начальником. Кунанбаев, прочтя его, тут же отдал начальнику уезда вместе с конвертом.

Оригинал этого послания также не сохранился. Возможно, в качестве вещественных доказательств оба письма были приобщены к уголовному делу Ш. Косшыгулова.

Среди многочисленных материалов административных органов царской власти содержатся еще два документа, ценность которых не вызывает сомнения. Первый - характеристика на А. Кунанбаева, отправленная 23 сентября 1903 года военным губернатором Семипалатиской области в департамент Министерства внутренних дел в далекий Петербург: «Киргиз Чингизской волости Ибрагим Кунанбаев имеет от роду 60 лет (58-Г.З) женат на трех женах, от которых имеет 9 человек детей. Обладает сравнительно большим состоянием (около 1000 лошадей и 2000 баранов). Кунанбаев весьма развитый и умный. Он служил два трехлетия бием, три трехлетия - управителем Чингизской волости, а затем по назначению от правительства прослужил три года управителем Мукурской волости. Служба Кунанбаева отличалась разумным управлением, исполнительностью, энергией, преданностью правительству и отсутствием фанатизма.

Один из сыновей Кунанбаева по окончании курса Михайловского артиллерийского училища был произведен в офицеры и, будучи на службе, умер в Туркестанском округе. Ныне замужняя дочь его пишет и читает по-русски. Грамоте ее учил отец. Кунанбаев весьма интересуется литературой, выписывает книги, журналы и газеты.

B прежнее время он пользовался громадным влиянием среди иногородского населения степи, но в настоящее время влияние его далеко не то. Он постарел, не принимает на себя руководства в партиях, хотя главари их часто обращаются к нему за советом.

В разговорах и суждениях своих с лицами Кунанбаев обнаруживает полное понимание государственных интересов и правильные взгляды на культурную миссию нашего отечества в наших азиатских владениях. Он с негодованием осуждает попытки мусульман-фанатиков противодействовать правительству в его стремлениях. Искренность высказываемого убеждения, полагаю, достаточно доказывается его поведением.

Эти данные указывают, что Кунанбаев в политическом отношении не внушает никаких опасений и должен быть причислен к числу лиц вполне благонадежных.

А.С. Галкин, военный губернатор Семипалатинской области, генерал-майор. Исх. № 203. 23 сентября 1903 г.»

 Второй документ - протокол, написанный в доме Абая 25 апреля 1903 года начальником Семипалатинского уезда. В нем сохранилась подпись самого Абая на русском языке «Ибр. Кунанбаев», которая является особо ценным и сокровенным наследием. Это своего рода неопровержимое доказательство того, что великий мыслитель, завещавший учить детей русскому, их науке и искусству, не только переводил произведения Пушкина, Лермонтова, Крылова, но и с любовью их читал, а также выписывал многочисленные газеты и журналы на русском, что говорит о грамотности Абая и уважении к языку. А приведенный выше подлинник официальной характеристики дает полное представление о его профессиональной деятельности, о месте среди народа, о взглядах на жизнь, о семейном положении, о воспитании и образовании детей.

 Из этих документов видно, что Абай не принимал поспешных решений, был осторожен и спокоен, в трудные моменты находил верное решение, был умным, находчивым. В обществе, среди чиновников, в окружении семьи был признанным авторитетом и почитаемым человеком. Его сыновья Магауия и Турагул в своих словах и действиях производят благоприятное впечатление не надменных выскочек, а достойных граждан, получивших от уважаемого всеми отца основательное образование и воспитание.

 Но вернемся к Шаймердену Косшыгулову. Согласно архивным сведениям, он родился в 1877 году в Акмолинской области, в Кокчетавском уезде, в волости Котырколь. С детских лет он изучал основы мусульманства, права, а его высказывания о благотворительности, вероисповедании широко распространялись среди народа, призывая против жестокости и несправедливости. С этой целью он в Казани и других городах России купил на свои средства около 100 экземпляров Корана и раздарил народу. Также Ш. Косшыгулов в целях распространения среди населения печатных изданий привозил из разных стран свинцовые буквы для печатания книг, газет. За эти действия, а также антиправительственные высказывания, содержащиеся в письме Абаю, решением суда он был сослан на 5 лет в Иркутскую область. Но через некоторое время возвратился домой, амнистированный в честь 300-летия царствования Романовых.

В те годы в казахских печатных изданиях было опубликовано несколько статей о хадже Кунанбае, отце Абая. В одной из них (Р. Отарбаев. «Четыре дома в Мекке», журнал «Парасат» 1992 г. № 1) вместе с Кунанбаем среди его спутников был упомянут некий Косшыгул Шопанулы. Оказывается, это был отец Шаймердена, отправившийся в Мекку от рода атыгай, населявшего Акмолинскую область.

Похоже на то, что среди населения авторитет Ш. Косшыгулова был довольно высоким. Поэтому земляки избрали его членом Первой Государственной Думы России, посчитав его достойным гражданином, защищающим национальную честь народа. Об этом в газете «Туркестанские ведомости» в 91 номере от 1906 г. было написано: «Омск. Членом Государственной Думы от Семипалатинской области избран Букейханов, от Акмолинской области - Косчигулов».

Ценные сведения о нем можно найти в книге «Члены Государственной Думы. Рисунки и биографии» под составительством М. Бойовича, вышедшей в свет в Москве в 1906 году.

«Косшыгулов Шаймерден - казах. Мулла из Кокчетава. Образование получил в Бухаре. Категорически против народного суда среди казахов. Сторонник шариата. После избрания в членство выяснилось его незнание русского языка, что послужило отклонению итогов выборов областной избирательной комиссии согласно статье 55 «Правил выборов в Государственную Думу». Он был избран от имени казахов Акмолинской области», - отмечается в ней.

Конечно, сведения о мулле Шаймердене дошли в Петербург в момент подведения итогов выбора. Поэтому по количеству набранных голосов он вошел в список. Но на заседании Думы в апреле 1906 года его не было. Поэтому его портрета нет в книгах о Первой Думе.

Кроме того, он являлся одним из организаторов первой газеты «Серке» на казахском языке, вышедшей в Петербурге в 1907 году. В 1932 г. Ш. Косшыгулов во время голода переехал в Омскую область и там скончался.

Об Абае различные сведения можно найти в архивах республики, Москвы и Петербурга, Омска и Ташкента. Свидетельством этому являются найденные в последнее время в Центральных архивах России письмо Абая Сенату («Қазақ әдебиеті» 1981, 24 апреля), а также открытое письмо о русско-турецкой войне 1876-1878 гг. («Қазақ әдебиеті» 1963,16 июля).

Надо признать, что проведена и проводится огромная научно-исследовательская работа по анализу, исследованию деятельности А. Кунанбаева на основе его произведений. Но следует помнить и постоянно держать на повестке дня исследование жизни поэта с точки зрения науки, основываясь на фактах и архивных документах.

 

Габит ЗУЛХАРОВ,

член Союза журналистов РК, почетный гражданин

Восточно-Казахстанской области

г. Аягоз

Специально для газеты
"Индустриальная Караганда"

  


 http://inkaraganda.kz/articles/158813


Мысли на века








Прогрессивные идеи великого сына казахского народа. Известный композитор и поэт, мастер ораторского искусства Бакыткали Мусабеков с детских лет интересуется высказываниями казахских мыслителей. Кроме того, он - автор ряда тренингов и обучающих курсов, которые опираются на творчество Абая.

 

- Цель, которую я преследую, - формирование всесторонне развитой, гармоничной личности. Вот что об этом говорил великий поэт и мыслитель:

«Чтоб человеком ты был

И вровень с веком ты был,

Ты пятерых побори

И пятерых избери.

Злословье, ложь, хвастовство,

Безделье и мотовство -

Вот пять врагов твоих, знай.

А разум и доброта,

Упорство, скромность и труд -

Вот пять друзей, согласись», - объяснил он.

 Как отметил Бакыткали Мусабеков, автор книги «7 навыков высокоэффективных людей» Стивен Кови, которая лежит в основе его тренинга «Технология достижения целей», в своих трудах также объясняет, почему надо дорожить совестью и честью, уметь предвидеть будущее, оценивать последствия своих действий, как распоряжаться временем.

 - Как видите, они говорят об одном и том же, хотя их разделяет больше века. Это является свидетельством того, что за это время духовные ценности и моральные принципы нашего общества не претерпели изменений. Если человек теряет совесть и не дорожит честью, то превращается в зверя, - подчеркнул он.

 Следует отметить, что Караганда была первым городом, который провел Абаевские чтения на разных языках. Б. Мусабекова, который в то время занимал должность начальника областного управления по развитию языков, упрекнули в том, что это было неправильное решение: мол, как он собирается подбирать жюри для оценки чтецов.

 - Главное жюри - это мое сердце. Если я не лишен совести, то постараюсь говорить честно. Наша цель - показать всему миру лицо казахского народа, - ответил он.

 Спустя время его оппонент признал правоту абаеведа. Причиной тому послужила международная научно-практическая конференция, проходившая в Париже. Представитель нашей области изменил свою точку зрения, услышав выступления иностранных ученых, которые в своих докладах цитировали казахского гения и отмечали, что за два столетия в мире так и не родился второй Абай.

 Бакыткали Мухамедкалиевича всегда поражают переводы Абая произведений классиков русской и зарубежной литературы. Он подчеркивает, что Кунанбаев вкладывал в стихи и басни душу Великой степи и наполнял смыслом, понятным простому народу.

 Композитор, поэт, переводчик, мыслитель, философ, юрист, общественный деятель. Как такое возможно, чтобы один человек совмещал столько ипостасей?

 - В этом и заключается гениальность Абая. Его мать Улжан была потомком величайшего Казыбек би. Отец дал ему прекрасное воспитание. До сих пор в обществе царит мнение, что Кунанбай был жестоким и властным человеком. Про него писали много нелицеприятного. Но, как в свое время говорил Мухтар Ауэзов, народ рано или поздно поймет масштаб его личности, - объяснил Б. Мусабеков.

 Авторитет Абая был непререкаем и для организаторов национальной политической партии «Алаш» и в первую очередь Алихана Букейханова, которые считали его своим наставником в деле борьбы против русской колонизации Степи. Его учения должны были лечь в основу общества, которое мечтала построить казахская интеллигенция.

 Как известно, именно А. Букейханов был первым биографом Кунанбаева. Находясь в Санкт-Петербурге, он написал статью «Абай (Ибрагим) Кунанбаев» - некролог казахского народного поэта в связи с характеристикой его творчества, которая была напечатана в 1905 году в газете «Семипалатинский листок».

 «Абай, как покажут его стихи, представлял недюжинную поэтическую силу и составляет гордость казахского народа. Ещё не было казахского поэта, так возвысившего духовное творчество народа, как Абай. Чудные его стихи, посвящённые четырём временам года («Весна», «Лето», «Осень» и «Зима»), сделали бы честь знаменитым поэтам Европы», - отмечал он.

 Эти слова оказались пророческими. Прогрессивные идеи великого сына казахского народа, пережившие три эпохи - колониальной политики царизма, Октябрьской революции и становление суверенного государства, актуальны по сей день. Абай - вне времени. В независимом Казахстане, о котором мечтали алашординцы, наследие Абая лежит в основе воспитания молодежи.

 - Кунанбаев унаследовал от своих дедов и прадедов самое лучшее. Как уже говорилось выше, он получил хорошее воспитание, купался в любви матери и бабушки Зере. На этом и должна строиться каждая семья, - подчеркнул Б. Мусабеков.




Автор: Асель ЖЕТПИСБАЕВА



Бюст Абая торжественно открыли в Бухаресте





    В центре Бухареста состоялось торжественное открытие бюста Абая. Об этом передает МИА «Казинформ» со ссылкой на посольство РК в Румынии.

    В мероприятие приняли участие румынские политические деятели из Парламента и государственных органов, послы иностранных государств, а также представители академических, общественных и бизнес кругов, СМИ страны пребывания Посол Нурбах Рустемов отметил, что открытие бюста в рамках 175-летия Абая Құнанбайұлы является наглядным примером взаимного уважения народов Казахстана и Румынии, воспитания нового поколения с познанием истории двух стран. Было подчеркнуто, что приобщение к европейской культуре являлось одним из стремлений реформатора казахской культуры Абая , великое наследие которого сумело синтезировать культуры Востока и Запада. Особая благодарность была выражена Евразийскому национальному университету им. Л.Н.Гумилева и мэрии г. Бухареста за их неоценимый вклад в увековечивание казахстанского поэта в Румынии.

    Участники мероприятия отметили своевременность увековечивания выдающего поэта казахского народа в знак дружбы между народами. В частности, экс-Президент Румынии Эмиль Константинеску и вице-спикер Палаты депутатов Парламента, председатель межпарламентской группы дружбы «Казахстан-Румыния» Флорин Иордаке подчеркнули, что установление бюста великому поэту мирового уровня становится новой исторической вехой в жизни Бухареста, а также является данью казахстанскому народу за его вклад в мировую культуру. В рамках мероприятия известный лингвист Антоанета Олтяну, которая перевела «Слова назидания» на румынский язык, рассказала о жизни поэта, а воспитанники детского сада под руководством преподавательницы казахского языка рассказали стихи Абая. Мероприятие также украсила экспозиция проживающей в Румынии молодой казахстанской художницы Алуа Тебеновой, которая в своих картинах передает суть национальной идентичности казахского народа. Также вниманию гостей были предложены переведенные на румынский язык книги «Қара сөздер», Елбасы «Эра независимости» и брошюры с Посланием Президента РК К.Токаева от 1 сентября с.г., а также другие имиджевые материалы.


 https://www.inform.kz/ru/byust-abaya-torzhestvenno-otkryli-v-buhareste_a3693453?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop

четверг, 6 августа 2020 г.

http://inkaraganda.kz/articles/158533

Близкий к народу

Окружение отца повлияло на мировоззрение великого Абая. Кунанбай Оскенбаев в течение нескольких лет - с 1849-го по 1852 год - был ага-султаном Каркаралинского округа. В этот период он тесно общался с местными жителями, с кем у него сложились дружеские отношения. Кто же эти люди, с которыми общался старший султан? Этому вопросу посвящено мое краеведческое исследование.

 

Благословивший Кунанбая

Одним из них был Хасан (Хасен) ахун Сейфуллин, выходец из мещерских татар, родом из Саратова. Религиозное образование он получил в Казани. Возможно, именно поэтому в архивных документах он записан как «казанский татарин».

Мне не удалось найти сведений о том, в каком году он приехал в Каркаралинск. Но то, что уже в 1851 году он проживал здесь, - это факт. Дело в том, что в это время в Каркаралинске была открыта мечеть, и Кунанбай назначил Хасана ахуна ее первым имамом. Выражая свою признательность, он благословил ага-султана при многолюдном собрании старейшин. Об этом в романе-эпопее Мухтара Ауэзова «Путь Абая» написано следующее: «Первую и единственную мечеть в Каркаралинске и во всем округе начали строить на средства Кунанбая еще в прошлом году. Сегодня она должна быть освящена. Муллы в городе и знатные старейшины в аулах не переставали восхвалять Кунанбая за эту мечеть.

Два дня назад у Кунанбая побывал сам имам - мулла Хасен Саратау, благорасположенный к казахам. Он тоже сказал свое слово:

- Из простого народа ты вышел в ханы… В Коране мечеть названа «жилищем бога». Ты воздвиг дом Вседержателя среди темного, непросвещенного народа - и тебя возлюбит Создатель!

За такую похвалу и почет имам перед отъездом получил от ага-султана лошадь и верблюда».

Имам Хасан ахун завоевал всеобщее уважение и любовь верующих. Об этом свидетельствуют документы Центрального исторического архива Республики Башкортостан. 17 ноября 1898 года Каркаралинский городской староста писал в Оренбургское магометанское духовное собрание следующее: «Главную часть населения города Каркаралов составляют магометане-татары, которые частью сами лично, а частью их отцы и деды переселились сюда из разных российских губерний. В Каркаралах с давнего времени устроена мечеть, и до 1871 года богослужение в ней отправлял ахун из казанских татар Хасен Сейфулин. Человек этот не только обладал вполне знанием татарского языка, но был знаком и с другими восточными языками и, судя по общественному к нему отношению, пользовался должным уважением своего прихода…»

Кроме исполнения обязанностей имама, Хасан ахун также обучал грамоте детей, передавая им свои обширные знания. У него была богатая библиотека, книги из которой, я уверен, читали Кунанбай и Абай. В романе «Путь Абая» Мухтар Ауэзов пишет: «Габитхан и Абай раздобыли кое-какие книги у мулл и набожных книголюбов. Раз Габитхан даже съездил в Карашокы в аул Кунанбая и привез оттуда полный мешок книг. Кунанбай получил их еще в Каркаралинске через муллу Хасена…»

В 1881 году Хасан ахун отправился в хадж в священную Мекку. В это время там произошла вспышка чумы, и заразившийся ею первый имам умер в городе Джидда (портовый город на берегу Красного моря, являвшийся административным центром провинции Хижаз, запад Саудовской Аравии).

Хасан ахун имел двух жен - Биби Нурижамал и Биби Гайша, которые родили ему много сыновей и дочерей. О судьбе имама и его потомков я рассказал в трех своих книгах

Татарин, любивший общество казахов

До недавнего времени бытовало мнение, что в Каркаралинске Кунанбай с маленьким Абаем останавливались и жили дома у купца 2-й гильдии Халилуллы (в народе Халиулла ) Бекметева. Но лишь недавно мне удалось установить, что это был дом его отца - купца Хамита Бекметева. Об этом можно судить по разнице в возрасте: если Кунанбай родился в 1804 году, то Хамит - в 1808-м. А Халилулла родился в 1829 году.

Кем же был Хамит Бекметев? В свое время мне довелось общаться со знатоком истории нашего города Кусайыном Алимбайулы. Он рассказывал: «Сначала в Каркаралинск, занимаясь торговлей, из Казани приехали братья-татары Хамит и Жагфар. Торговля удалась, и они перевезли остальных своих родственников в Каркаралы. Разбогатели, остались в Каркаралинске».

Подтверждение слов аксакала я нашел в Центральном государственном архиве РК в Алматы. В его фондах хранится дело №197, в котором я обнаружил необходимые сведения: «Хамит находится в Каркаралинском округе по торговым делам десятый уже год».

Откуда приехал Хамит Бекметев? В этом вопросе мне вновь помогли документы Центрального государственного архива РК. Согласно им Хамит приехал в Каркаралинск из Царевококшайского округа Казанской губернии. Хотелось бы добавить, что Царевококшайск - это нынешняя столица Республики Марий Эл - Йошкар-Ола.

В 1851 году в Каркаралинске состоялось открытие мечети. После прочтения первого намаза народ собрался в доме Бекметева на праздничный той.

«Когда он (Абай - Прим. авт.) подошел к дому, гости, проголодавшиеся за время продолжительного намаза, уже сидели за угощением.

Во дворе, полном оседланными лошадьми, не было никого, кроме слуг и людей, занятых стряпней. Серебристая пыль ночного инея покрывала коней в богато украшенных сбруях; тихо поскрипывали полозья легких нарядных санок. Кое-где на облучках клевали носом конюхи, укутанные в овчинные тулупы.

Прямо против крыльца большого деревянного дома помещалась отдельная кухня. Дверь ее то и дело хлопала. Жигиты, только что сидевшие у Майбасара, один за другим выносили блюда с горячим, дымящимся мясом... Направо была большая комната, где сидел Кунанбай. Оттуда доносился громкий, оживленный разговор Алшинбая и майора, прерываемый взрывами общего хохота. Алшинбай в ударе - он так и сыплет крылатыми словами, вызывая смех всех присутствующих.

Комната напротив входа тоже битком набита гостями, сидящими тесным кругом. Это преимущественно городские купцы - татары, казахские баи. В самом центре сидит имам новой мечети - мулла Хасен...», - писал М. Ауэзов.

У Хамита Бекметева было четыре жены - Сахипжамал, Хуснижамал, Атине, Гайникамал. Наибольшую известность получили его сыновья от первой жены Сахипжамал, купцы 2-й гильдии Халилулла и Хамидулла. Год смерти Бекметева установить не удалось. Есть версия, что он уехал на родину, где и умер.

Человек щедрой души

Еще один житель Каркаралинска, с которым общался Кунанбай, - Атажан Ниязов (Мулла-ниязов). Настоящее имя - Ата Мухаммад. Он родился в 1803 году в Бухаре. Позже поселился в Ташкенте, где женился и обзавелся землей. В 1840-м году он принял решение поехать в казахские земли. Согласно архивным документам, Атажан приехал в Каркаралинск в последние месяцы 1840 года. В Центральном государственном архиве РК в фонде №374 «Пограничное управление сибирскими киргизами» имеется дело под номером 197 «Дело о причислении ташкенцев, бухарцев и других в окружные приказы и исчисление их». В документе имеется список «татаров, бухарцев и ташкенцев, проживающих по паспортам и без оных в Каркаралинском округе». Он был составлен в январе 1841 года. В этом документе под номером 12 числится Атажан Мулла-ниязов: «Бухарец, 38 лет, приехал из Ташкинии для торгов в волостях и Каркаралинском селении, для чего выдан ему от Приказа письменный вид от 28 ноября 1840 года за №4786».

Атажан был человеком щедрой души, помогал нуждающимся. Вместе со старшим султаном Кунанбаем сделал очень многое для развития Каркаралинска. Хотелось бы отметить, что в 1845 году у них родились сыновья. Кунанбай сына назвал Ибрагимом (Абай), а Атажан - Жолдасбаем. Если Абай стал поэтом, то Жолдасбай - первым исследователем истории Каркаралинска.

Как же сложилась его судьба? В 1881 году, когда ему было 78 лет, он решил совершить хадж. Вместе с ним в дальний путь отправились 17 человек. Сопровождал их Ондирбай халфе из Абралинской волости Каркаралинского уезда, который до этого уже дважды побывал в Мекке. Замечу, что во время второго паломничества Ондирбай халфе сопровождал в Мекку и Кунанбая, а по возвращении стал сватом Кунанбая, отдав свою дочь Зейнеп за его сына Оспана...

И вот предстояло третье паломничество. От аксакалов я слышал, что многие паломники преклонного возраста мечтают умереть и быть похороненными на святой земле. Не знаю, мечтал ли об этом Атажан, но ему суждено было умереть в Мекке и быть похороненным на кладбище Джаннат аль-Муалля. Замечу, что на этом кладбище похоронена Хадиджа аль-Кубра, первая супруга Пророка Мухаммада.

От чумы, вспышка которой произошла в тот период, умер не только Атажан хаджи. Участь быть погребенными на чужбине выпала и некоторым его спутникам, в том числе Ондирбаю халфе, Хасан ахуну и другим.

Атажан хаджа оставил после себя большое потомство. Его правнуки в настоящее время проживают по всему Казахстану.

Так сложилась судьба тех людей, с которыми в Каркаралинске общался старший султан Кунанбай Оскенбаев. Конечно, это не полный перечень, и эта тема еще требует исследования. Верю, что в будущем мы узнаем новые имена из каркаралинского окружения отца основателя казахской письменной литературы.

 

Ерлан МУСТАФИН, краевед

г. Каркаралинск